самолете, затем пересядем в лодку и доплывем до Ла-Педреры. Томас утром разговаривал с людьми в Летисии, и те подтверждают на сегодня летную погоду в регионе. Поэтому как только мы доберемся до Летисии, пересядем на другой самолет и вылетим в Вилла-Бетанкур в этот же день.
Все так и произошло. Успев пообедать в Летисии, мы пересекли бразильскую границу и вылетели из Табатинги в Вила-Битенкур. Полет длился около полутора часов. За это время под крылом самолета проплывали завораживающие виды: величественная широкая Амазонка или Солимойс, как называют бразильцы эту реку в ее верхнем течении, бескрайний изумрудный ковер сельвы, раскинувшийся до горизонта. Вот мелькнула широкая мутная река – Путумайо. Вскоре вслед за ней появилась другая, такая же желтая, но более извилистая, – Пуре, правый приток реки Какеты. Я внимательно всматриваюсь в лесную чащу, стараясь увидеть среди деревьев малоку или одинокую хижину, – ведь это означало бы, что данное поселение принадлежит, скорее всего, неконтактным индейцам. Бассейн реки Пуре – одно из тех мест колумбийской Амазонии, где продолжают жить группы индейцев, избегающие контактов с внешним миром и даже с другими индейцами. Где-то в этом районе расселены воинственные индейцы карабайо, ведущие изолированный образ жизни.
Под нами Какета
О карабайо мир узнал в конце 1960-х годов. В 1968 году некий Хулиан Хиль, торговец шкурами и сборщик каучука, авантюрист по духу, узнал, что южнее его владений обитает неизвестное индейское племя. Он решил его разыскать, а заодно включить район его проживания в сферу своей коммерческой деятельности. С братом он начал прорубать тропу вглубь их территории, и чем дальше уходила тропа, тем чаще братья встречали предупреждающие знаки, оставляемые индейцами: связанные крест-накрест сломанные ветви на лесной тропе. Братья проигнорировали их и пропали без вести в марте 1969 года.
Во время их поисков военные обнаружили большую малоку неизвестных индейцев, в которой находилось несколько человек. Большая часть племени успела укрыться в джунглях, оставив в доме орудия труда, оружие, предметы быта. Так мир узнал о карабайо и о том, что они по-прежнему используют каменные топоры. В ходе рейда военные убили пятерых индейцев, одну семью карабайо из шести человек взяли в заложники, и она прожила несколько месяцев в Ла-Педрере на реке Какета.
История получила широкую огласку в колумбийской прессе, после чего заложников вернули обратно в лес. Их доставили в ту же самую малоку, откуда забрали несколько месяцев назад: дом был оставлен, и карабайо убедительно дали понять сопровождавшим их чужакам, что тем не стоит ходить дальше. С тех пор попыток установить контакт с карабайо больше не принималось. В 2010 году с самолета были сделаны снимки, на которых в непролазных джунглях были запечатлены общинные дома и возделываемые плантации, принадлежавшие, вероятно, карабайо. Однако никаких подтверждений принадлежности этих земель неконтактному племени не последовало.
После Пуре из-за горизонта появляется Какета – могучая полноводная река, несущая мутные желтые воды среди густых джунглей. Над Какетой наш самолет стал заходить на посадку, и вскоре мы приземлились в Вила-Битенкур.
В Вила-Битенкур у самолета нас встретили бразильские военные, которые записали наши паспортные данные и запретили мне снимать в поселке – здесь располагается пограничный гарнизон. Мы прошли через весь поселок, сели в поджидавшую нас лодку и примерно через час движения вверх по Какете, миновав никак не обозначенную границу между Колумбией и Бразилией, достигли поселка Ла-Педрера – отправной точки нашей экспедиции к индейцам юкуна на реку Миритипарану.
Серро-Юпати
Ла-Педрера стоит на правом берегу Какеты, на противоположном берегу возвышается высокая пологая гора Серро-Юпати. В Ла-Педрере есть магазины, церковь, два небольших колоритных отеля и даже полицейский участок. Местная мобильная связь работает в Ла-Педрере и в непосредственной близости от нее.
Ла-Педрера
На ночлег располагаемся в отеле с названием Mediterranero, который представляет собой сколоченный из досок прямоугольный дом, стоящий на высоких сваях. Душ – дождевая вода из огромного пластикового бака, унитаз смывается с помощью ковшика воды. Это лучший отель в Ла-Педрере.
Лучший номер в лучшем отеле в Ла-Педрера
Настенные росписи по мифологическим мотивам: мужчина-птица…
…сирена…
…петроглифы
Настенная роспись по мифологическим мотивам в детском саду в Ла-Педрера
Согласно предварительным договоренностям завтра в Ла-Педреру должен приплыть на своей лодке один из лидеров юкуна, живущий в нижнем течении Миритипараны, с которым мы отправимся вверх по реке.
Утром отправляемся осмотреть Ла-Педреру. По приблизительным оценкам, ее население составляет не более тысячи человек. Здесь проживают представители нескольких индейских групп региона. Также я заметил несколько человек негроидной расы.
Дома, построенные на берегу реки, стоят на высоких деревянных сваях, что свидетельствует о риске их затопления в сезон дождей, когда уровень воды в Какете подымается на несколько метров. Центральная улица поселка проходит вдоль берега реки и плавно спускается к пристани. В Какете плавает одинокий серый дельфин, на песчаном берегу стая черных грифов урубу поедает какую-то падаль, баклан, постоянно ныряя, пытается поймать рыбу.
Несколько мужчин чистят большие кубической формы ловушки для рыбы, изготовленные из синей синтетической сетки. У берега пришвартованы два плота, сделанные из огромных бревен, поверх которых набиты доски. Массивные основательные конструкции устойчивы на воде, но не ясно, как ими можно полноценно управлять. Вероятно, на них плавают только на ограниченное расстояние вдоль берега, где нет сильного течения, господствующего на середине реки. Я отмечаю, что сейчас местные жители используют плоты как платформы для купания и стирки одежды.
Зашли перекусить в кафе. На его стенах я увидел интереснейшие рисунки, очевидно, изображавшие какие-то эпизоды из индейской мифологии. Пытаюсь расспросить о них официантку средних лет индейской наружности. Она затрудняется мне ответить, какой именно миф и какого народа здесь изображен.
– Это просто такие рисунки, – сдается она, желая, чтобы я прекратил свои расспросы.
Аналогичный рисунок на мифологическую тему я обнаруживаю на стене небольшого детского сада рядом с нашей гостиницей. Воспитательницы-негритянки также не могут ответить, что здесь изображено. Потом одна из них демонстрирует эрудицию и говорит, что это картина из мифологии юкуна.
Ожидаемый нами юкуна так и не появился. Поэтому Томас, не теряя времени, договорился с другими людьми: владельцем лодки по имени Лео и тридцатипятилетним индейцем танимука, которого зовут Плинио. Они пойдут с нами по всему маршруту. Завтра мы планируем достичь первой общины юкуна – Пуэрто-Лаго, расположенной на Миритипаране.
Вверх по Миритипаране
На следующее утро стартуем вверх по Какете. Примерно через тридцать минут движения на лодке с мотором нам встречается первый порог на Какете, носящий имя Коробо. У порога стоит индейская община Кураре ил, и как ее называют иначе, Пуэрто-Кайман. Это мультиэтническое поселение. Плинио говорит, что здесь совместно проживают индейцы бора, юкуна и ряд других этнических групп. Коробо не пройти на тяжело груженой лодке. Поэтому мы все вылезаем из лодки и обходим грохочущий поток по суше. Постройки общины – прямоугольные хижины с двускатными крышами, крытыми рифленым железом, стоящие на сваях, – располагаются вдоль реки. Здесь есть малока, строится церковь. В это время Лео мастерски лавирует между опасными бурунами, проводя нашу лодку через порог.
Лодка на Какете
Порог Коробо
Рыбаки у порога Коробо
Еще через час наша лодка входит в Миритипарану, которая в этом месте в ширину не более тридцати метров. На стволах упавших в воду деревьев
